Eshka-43 (eshka_43) wrote,
Eshka-43
eshka_43

Categories:

Нет пророка в своем отечестве...РОССИЯ...ОХ УЖ, ЭТИ МАЛЬЧИКИ...


 










Настанут дни, кгда тела
не разведёшь сухой корою.

В футляры чёрные закроют
«гварнери» хрупкие тела.
Осколком красным кирпича
напишет кто-то на асфальте:
«Маэстро! Вечное Вивальди
сокрыто в сердце скрипача…»
Пётр Владимирович Боровиков скончался 28 августа 2007 года в родном Смоленске в возрасте тридцати восьми лет. В 1997 году он написал: И сердце вдруг остановилось в час ночи ровно.

Так и случилось. Можно сказать, мол, сам себе напророчил, но лучше вспомнить слова Пушкина о том, что «поэт – не пророк, а угадчик». Уважаемые толстые журналы ни разу не опубликовали стихи Петра. В конце своей недолгой жизни Петр, отчаявшись найти читателя, ходил по ресторанам и читал свои стихи, кому придётся. Горько усмехался в телефонную трубку: «Пошла есенинщина». Только «быкам» читать отказался, за что был жестоко избит.
Остались огромный ворох рукописей и одна-единственная книга, всё-таки увидевшая свет в 2001 году в том же Смоленске.
Литература, в сущности, есть пьянство
от одиночества и внутренних истерик.
Нас окружает замкнутость пространства


НАД ГОРОДОМ - Петр Боровиков
About suffering they were never wrong... W.H.Auden
I

Художник делит линию и цвет
мазки кладя запутанно, невнятно,
пропитывая холст ничем иным,
как жизнью, не имеющей границы
внутри себя. Скрывая связь вещей,
искусство, обращенное в палитру,
терзает зренье, ущемляет нерв
души того, кто держит кисть свободно.
Картина - это смысл, стремленье жить
вне времени, вне суетности мира,
где логика ничто - кривая тень
изведанных пропорций мастерства,
которое, как правило, стремится
опередить грядущие века,
соперничая с прошлыми при этом.
Так легкость твердой, жилистой руки
рождает облака с дыханьем неба,
щекотку ветра, радостный прилив,
тех нежных чувств, зовущихся любовью.
Восторг свободы - вечности полет.

Контраст предельно жесткий.
В черно-синем
над городом влюбленные плывут,
не задевая туфельками крыши
домов, наполовину взятых в снег
зимы, наполовину в зелень мая,
с просветами осенней желтизны.
И в далеке, как розовый закат,
с чахоточными стенами жилище
больным теплом просвечивает холст.
"Прощайте церкви, хмурые амбары,
засовы, ставни, лестница, чердак,
дворы, разрезанные пилами заборов,
деревья, голожопый господин.
Прощай коза и петушиный кукрек,
коты, коровы, псарни, голубятни.
Прощайте все! Мы покидаем вас".
Влюбленные парят. Прозрачность тел их,
сливаясь с бледностью унылого пространства,
нам оставляет синеву одежд
слова какие-то, которых не расслышать.
И девушка, воздушною ладонью
указывая путь куда лететь,
в перспективу вечности роняет
прощальный взгляд на грустные дворы
пустого города, где нет цветов и счастья.
Они свободны, превратившись в сон,
увиденный художником когда-то.


Tags: Литература
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments