February 20th, 2012

Царь абстракционизма

Для меня лично из русских три гения живописи - Филонов, Кандинский и Чурленис...(что касается иконописи и церковных фресок, то самые знаменитые - вторичны от Византии, искусство которой потихоньку уничтожилось турками и к нам перекочевало, а вот монастыркие народные иконы - это да, но их почти уничтожила советская власть и равнодушие народа)...

БЛОГ ПЕРЕМЕН
: Константин Рылёв

4 декабря (22 ноября по старому стилю и 16 декабря по Википедии – демократично оставляем выбор за вами) родился художник Василий Кандинский, который изобрел абстрактную живопись

Василий Кандинский (1866-1944) сделал переворот в изобразительном искусстве. И сначала он сделал его буквально: вернувшись поздно из мастерской, он обнаружил в полумраке своего дома неизвестную чудесную картину. Когда он приблизился к ней, оказалось, что это его собственная работа, случайно (случайно?) повешенная вверх ногами. Было совершенно непонятно, что за предмет изображен на картине, и это поразило художника. На следующий день он захотел испытать те же ощущения, но особого восторга не почувствовал. Да и предмет на полотне теперь можно было узнать даже вверх тормашками. Художник решил: долой предмет и саму «предметность»!

Вряд ли, правда, мастер был трезв в тот судьбоносный вечер (это объясняет и почему утром он был несколько разочарован), но так или иначе – открытие было сделано. Хотя вообще-то Василия Васильевича отличает, я бы сказал, рафинированная трезвость. Достаточно посмотреть его карандашные эскизы, поражающие филигранностью. Поэтому забавно сейчас читать, как некоторые современные исследователи его творчества упирают на знание Кандинским шаманских практик Сибири (откуда был родом его отец). И различают на его холстах «галлюциногенные грибы, инкрустированные узорами». Так сказать, нажравшегося поганок Василия Васильевича (ни дать не взять – пелевинский герой), регулярно глючило, а как отпустит – сразу за кисть! Ведь разве нормальный человек способен узреть такое?

А вот представьте себе!

Кандинский напечатал десятки статей, рефератов, эссе и автобиографическую повесть. Где довольно подробно изложил свой художественный метод и мировоззрение. Конечно, «специалисты» презрительно хмыкнут: так он и опишет запретное. Но Берроуза или Хаксли такие резоны не останавливали. Художника вообще мало что может остановить, ежели ему «песня крылья расправит».

Кандинский, в частности, говорил, что избавиться «от внешнего» ему помогали болезни. Еще в детстве, из-за большой температуры, он наблюдал парочку видений. И позднее случались рецидивы (в рамках здоровой психики). А при развитом воображении он добивался точного воспроизведения виденных «духовных пейзажей».



Кандинский, как художник, эволюционировал постепенно, меняя стили и техники. «Долгие годы я себе казался обезьяной, запутавшейся в сети, – откровенничал он. – И только после больших усилий мне удалось опрокинуть эту «стену на пути к искусству». Развитие искусства, подобно развитию нематериального знания, не состоит из новых открытий, вычеркивающих старые истины и провозглашающих их заблуждениями. Его развитие состоит во внезапных вспышках, подобно молнии, из взрывов, подобно «букету» фейерверка, разрывающемуся высоко в небе и рассыпающему вокруг себя разноцветные звезды…»Читать далее

Напоследок, хотелось бы процитировать некоторые высказывания Мастера. Уж больно хороши!

Принципы ответственности художника за свои творения, сформулированные Кандинским в книге «О духовном в искусстве» не потеряли актуальности. А показанная им ситуация в арт-среде, будто списана с наших современников.

«Конкуренция» растет. Дикая погоня за успехом делает искания всё более внешними. Маленькие группы, которые случайно пробились из этого хаоса художников и картин, окапываются на завоеванных местах. Оставшаяся публика смотрит, не понимая, теряет интерес к такому искусству и спокойно поворачивается к нему спиной».

«Иногда художник пользуется своей силой для потворства низменным потребностям: в якобы художественной форме он изображает нечистое содержание, он привлекает к себе слабые элементы, постоянно смешивает их с дурными, обманывает людей и помогает им обманывать себя, убеждая себя и других, что они жаждут духовно и удовлетворяют эту жажду из чистого источника. Такого рода произведения не помогают движению ввысь, они тормозят, оттесняют назад стремящихся вперёд и распространяют вокруг себя заразу».

«Художник – служитель высшим целям, обязательства которого точны, велики и святы. Он должен воспитывать себя и научиться углубляться, должен прежде всего культивировать душу и развивать её, чтобы его талант стал облачением чего-то, а не был бы потерянной перчаткой с незнакомой руки – пустым и бессмысленным подобием руки».

«Художник несёт троякую ответственность, по сравнению с не-художником: 1) он должен продуктивно использовать данный ему талант, 2) поступки, мысли и чувства его, как и любого другого человека, образуют духовную атмосферу, очищая или заражая окружающую среду, и 3) поступки, мысли и чувства являются материалом для его творений, которые, в свою очередь, воздействуют на духовную атмосферу. Художник – «царь».
======================================================================
Кстати, Кандинский делил свои работы на «импрессии», «импровизации» и «композиции».

Не знаю чье....

....Нам никто не сказал, что цвета — это, в общем-то, главное,
Чем светлее и ярче, тем больше на свете весны,
А у чёрных глубин и в зрачках что-то больно-печальное...
То, что лечат вершины восторгом своей белизны.

Все поступки и мысли — основа как белое/чёрное,
Интонации слов — это ноты и полутона -
Добродушное, милое, злобное, глупое, вздорное
На холсте Человечество пишет свои имена.

Этот любит оранжевый цвет и с утра улыбается,
Этот будет грустить, наблюдая за серым дождём,
А кому-то, на синее глядя, наивно мечтается,
Что все беды на свете мы всё-таки переживём.

Здесь, под сердцем, у них и мольберт, и палитра, и кисточка,
Просто нужно понять, что художник не кто-то другой,
И пускай жизнь обычно непрочная тонкая ниточка,
Но, бывает, ложится на холст словно луч золотой.

Я и сам умудрялся творить только чёрным по светлому,
И разбрызгивать грязные пятна на чей-то эскиз,
Мне успеть бы теперь к своему отпечатку портретному
Лучик солнца найти, не роняя ни капельки вниз...

на обалдение подруги от стихов Ахматовой...

И Вождь орлиными очами
Увидел с высоты Кремля,
Как пышно залита лучами
Преображенная земля.

И с самой середины века,
Которому он имя дал,
Он видит сердце человека,
Что стало светлым, как кристалл.

Своих трудов, своих деяний
Он видит спелые плоды,
Громады величавых зданий,
Мосты, заводы и сады.

Свой дух вдохнул он в этот город,
Он отвратил от нас беду, —
Вот отчего так тверд и молод
Москвы необоримый дух.

И благодарного народа
Вождь слышит голос:
«Мы пришли
Сказать, — где Сталин, там свобода,
Мир и величие земли!»

....единственный сын был в лагере, чего не сделаешь ради ребенка. А с другой стороны, разве может публичный человек.... потом подумалось - время было такое... А потом вспомнила Мандельштама, большого друга Ахматовой, который не прогнулся... Время. С высоты птичьего полета мы все - судьи. Чтобы что-то понять, нужно, наверное взять чью-то конкретную жизнь и ее просеять во времени. Потому как жить и стоять над временем почти невозможно. Я могу то время понять через судьбу своего отчима, потому что уж очень маленький человек и очень большой котел переплавки. Показатель того, как ломается человек своим временем. Отчим - это кошмар моего детства. Пьяный в ярости всегда был в сантиметре от убийства и я пару раз попадала битая в больницу, а годов мне было 5-6, потом уже не бил, только рычал, я перед ним выстояла и любил он меня потом больше своего сына и моего сына больше своего внука. Отчим был из маленького белорусского местечка под Брестом. наполовину белорус наполовину поляк.Я была там пару раз в детстве и помню совершенно дикие пустые леса за деревней и у каждого деревенского жителя был свой негласный надел, где он собирал грибы и ягоды. Семье отчима повезло. В их наделе был большой овраг с белой глиной и они организовали маленький заводик по производству кирпичей для обмазки печей. И еще они держали конюшню из десяти лошадей и большой сарай со свиньями. Это был задел большого семейства из пяти отдельных семей. Помимо денег существовал бартер, вам лошадь на время посева и уборки, нам молоко и муки. Вам мясо боровов, нам яйца и куры. Когда я в 50-е годы ездила к ним в гости, они так и жили. Только тихонечко. Пара свиней, одна лошадь, немного для своих кирпичей на рынок. А тогда до войны две семьи из этих пяти почему-то сочли кулаками и раскулачили, видимо просто методом тыка. Они, что могли раскидали по родне, их собрали и всеми семействами вместе со стариками и детьми отправили в Сибирь. Засунули в вагоны, в которых возили узников и повезли. Без суда и следствия. Хорошо у отчима дядя в то время работал в Москве (подсуетился во время революции) в интендантстве при кремле. Он снял с поезда свою двоюрную сестру и двух младших сыновей. Определил им дом в Кратове под Москвой и велел жить тихо. Остальные в Сибири так и сгинули, больше о них ничего не было слышно. И вот отчим всю жизнь боялся своего раскулачивания и того, что его опять арестуют. Хотя за что, не понимал. Молодой парень, привыкший к работе на себя, к вольной жизни, у которого под началом был табунок лошадей, хозяйство, работа с утра до вечера и золотые руки вдруг попадает в 8-часовую нудную работу у станка, 6-метровую комнатку в непонятный город. ну и запил. В первый же день войны сунул в станок большой палец правой руки, что в неразберихе первых месяцев войны списали за производственную травму - боялся проверки и штрафбата. Хотя был отчаянным и война была бы ему в характер. А так пришлось работать на войну по 15 часов в сутки,где и пригодилась его рабочая смекалка, от работы никогда не бегал, быстро стал мастером. На родину не ездил ни разу, чтобы не бередить сердце. Весь наш дом держался только на нем. Сразу очнувшись от очередного запоя, он начинал стирать, убирать и готовить. Брюки со стрелкой, каждый день новая рубашка. Одна тряпка вытирать со стола на котором ели, друга - со стола на котором готовили. нож для рыбы, нож для мяса, нож для хлеба.. Три сковородки, пять кастрюль и пр.... Я, например, грызла горбушки, бросая мякоть птицам, за что получала приличные затрещины за неуважение к хлебу... При Хрущеве, чтобы поставить точку на прошлом, вступил в партию. И пил, пил,пил, так и умер, замерзнув в сугробе и застудив легкие... Обычная судьба для того времени. ну и поставь себя на его место... А ты говоришь Ахматова... ..ничего, кроме со-чувствия...