November 25th, 2021

...мне кажется уходят поезда туда куда не дотянуться строчке

поэты любят чтоб была звезда как в роуд-муви шпалы одиночки чтоб осень чтобы ливень чтоб кресты мосты посты и часовые стрелки мне кажется слова давно пусты ноль в колесе по кругу мчащей белки мне кажется за формою дождя мне видится как в полдень слепнут совы толпа в предощущении вождя и ум в печальных поисках основы мне кажется в прокуренной ночи не спят врачи пожарники и стражи ждут склянки для анализов мочи и парусники смены такелажа над спящим миром крестик самолёт лист пастернака финиш подрифмовки обкусанные пальцы недолёт великий смысл внезапной остановки когда бы за течением воды умыслить переходы лука в лиру я думаю печальные труды бессонный мозг насилует квартиру отдай бумаге выплюни комок и дай зарок довольствоваться малым а за окном гуляет матерок и гонит околесицу по шпалам
alexandrbabushkin.ru

Навеяло публикацией... О спорном, без которого русский язык бледнеет и вянет. Русский мат.

Кстати, в до времена мат был защитной магией, а уж псалтыри до 18 века...(надо бы отыскать, но их быстро из инета убрали...в историчке разве (задумчиво...). Да и историчку подчищали, помню приятельница вытаскивала под юбкой уничтожаемые в огне книги оттуда...Да уж...по истории мира прошлись каленым железом все в угоду своему времени....
Не моё, я только внизу чуток...из глубин инета...
Дельная статья по этому поводу - http://philology.ru/linguistics2/kovalyov-05.htm
---------------------------------------------------------------
Именно люди, употребляющие мат "не по теме" вызвали у половины нашего населения стойкую аллергию к мату. Это:
- те, кто матом оскорбляет
- те, кто матом "поливает" (т.е. употребляет мат через слово)
- и, как ни странно, те, кто мат употреблять не умеет, но все - таки употребляет.
Матерный язык - это искусство. Наиболее образованные, развитые люди умеют ввести матное слово так, что оно не раздражает, а украшает.
Мата, практически, нет в мире нигде. То есть, эти слова есть. Но нигде на них не лежит цензура. Все вы слышали в американских фильмах классическое "фак ю" - наши обычно переводят его "иди в задницу". Что самое интересное, англоговорящие люди употребляют свой мат по прямому значению, в книгах, фильмах, жизни, т.е везде. Единственное, где не допускается - в политике, в публичных выступлениях и т.п. То есть, НЕТУ У НИХ МАТА!
Посмотрите, какова разница в силе выражений. Hell with him! (Дословно - ад с ним) - употребляется в нашем значении *** с ним".
А наше полудетское "пошел в ж " по - английски - очень сильное ругательство.
Французы и немцы обзываются словом "г". Тоже в фильмах, книгах, повседневности.
Нигде не перекрыли кислород своему мату! Только мы.
Подцепили дурацкое "вау!". А родное слово *** только на заборах можно писать. Наверное, поэтому и пишут. Запретный плод.
В СССР маститые писатели и доктора филологии с ученым видом поднимаясь над интеллигентской неловкостью защищали в печати права мата на литературное гражданство, *светски впиливая в академическое построение ядреный корень*
В зажатой стране мат - воля, реванш, кукиш.
Снятие табу - слова те же а экспрессия ушла. Незапертый порох сгорает свободно, не может произвести удар выстрела.
И как вывод - Материться-то человек умеет редко. Обыватель - в силу бедности воображения и убогости языка. Интеллигентный - в силу сознания табу, часто в неуместности ситуации и статуса.
НО КОГДА РАБОТЯГА ВМЕСТО ЗУБИЛА ТЯПНЕТ ПО ПАЛЬЦУ - Вот здесь все будет святой истиной из глубины души....
А зачем писатели употребляют "нехорошие слова"?
Для выразительности, ибо "только русский человек способен восторженно материться на закат"
Для создания картины реальности (вся Россия матом кроет)
Для гиперболизации
Для того, чтобы оскорбить определенную публику
Для того, чтобы шокировать
Для того, чтобы посмешить
Много еще для чего.
Не умею я объяснить словами как пишут стихи, как сочиняют музыку, почему художник берет ту или иную краску. Люди! Если вы не слышите музыки слов, вы НЕ АВТОРЫ, ВАМ ТУТ НЕЧЕГО ДЕЛАТЬ!
Совсем не обязательно всем писателям употреблять мат. Кому - то он - как выразительное средство. Кому - то - не нужен. Каждый художник творит, как требует его душа.
Спор бессмысленный. Аксиома. Русский мат бессмертен, потому что он есть глубинная часть психики русского человека, он лежит во всех пластах русской культуры, ничего вы с ним не сделаете.
И он имеет право быть.
В жизни, литературе, везде.
А задача писателей - сделать из мата не похабщину, а искусство.
Кто не умеет - не употребляйте его. И всё!
===============================
Так что девочки, почитайте все вышеизложенное. И не делайте мат оскорблением. Иногда слово недожаренная сосиска или жирный индюк бывают гораздо обиднее, потому что неожиданны и не приелись.
...мат настолько крепко вошел в русский язык, что без него из разговорного языка исчезнет огонь...ну чем ты заменишь осто-, ох-и пр...а уж восклицания в неожиданных ситуациях, поскользнется какая-нибудь бабуся на льду и приложившись боком в редком случае воскликнет мамочки! - а уж автобусные перепалки отстранено послушать... Да почитать Николай Николаевича Юза Алешковского, . Я так смеялась в юности только над Трое в одной лодке,Николай Николаевич мне напомнил Москва-Петушки, но подноготная другая, в петушках жизнь глазами выпивохи(жизнь глазами вовнутрь себя), а нн - тоже жизнь вовнутрь через физиологию и оба соединяются просто в одно целое, та любовь о которой скромно умалчивают самые откровенные романы, но без унизительной пошлости и с большим чувством юмора конечно, утрировано, но ударно меж глаз... и со многим примиряет...А уж чего стоят писаховские сказки - полная матерная насладюха...
============================================
И на закуску Такие русские слова на финском - https://finru.net/takie-russkie-finskie-slova/

Газета 15 года -Ученые нашли новый смертельный вирус гриппа

Американские биологи создали смертельно опасный для человека коронавирус, экспериментируя с летучими мышами, сообщает журнал Nature
По данным издания, биологи создали вирус, способный напрямую заражать человека и вызывать его смерть. Исследователи экспериментировали с созданием гибрида коронавируса летучей мыши, обитающей в Китае. Они скрестили поверхностный белок SHC014 с вирусом SARS, который взяли из легких летучих мышей. В результате получился вирус-мутант. Тесты доказали, что он способен очень быстро и активно развиваться в клетках человеческого тела. Авторы исследования считают свою работу значимой. Им удалось доказать, что данный вирус смертельно опасен. Следовательно, человечество предупреждено.

Однако открытие вызвало жаркие дебаты в научной среде. Спорят больше не о его ценности, а о возможной утечке вируса из лаборатории. Чем это грозит миру, можно только гадать. Ученые сходятся во мнении, что вирус-мутант способен унести массу жизней. Критике подвергается и тот факт, что эксперимент был проведен после того, как в 2014 году власти США ввели мораторий на финансирование исследований таких вирусов гриппа, как SARS и MERS. В данном случае почему-то было сделано исключение.
https://rg.ru/2015/11/14/virus-site-anons.html?fbclid=IwAR0H6gvfoM_8QqVSy5dfxtSAb0yOXKHHJEkFfp8t6yk1gSUZ-ygmPaG2cUk

Пора подводить итог происходящего - картина прояснилась - Я не антиваксер, мне

скоро 80 с побочками и я - старая карга с детским прозвищем Баба яга, перешедшим в Ёжку, трезва (пока) на голову, да и все это как и политика вообще - детектив почище любой книги особенно сейчас при интернете, когда правду как всегда закидывают валом неправды, стало возможно искать крупицы, а не просто догадываться и полагаться на интуицию.
Вакцины? - есть действенные вакцины вроде кори, оспы и туба - укололи и на всю жизнь, есть недовакцины которыми никогда не кололась, зачем вакцинироваться от гриппа, вгоняя его себе в тело, если в следующем году будет другой грипп и опять вакцинируемся от того, что лечится, тем более в следующем году будет новый, а старые лекарства действуют по прежнему. - болела вирусным, лечилась дома.
А сейчас непонятки и такого никогда не было - вакцинируешься от болячки, вгоняя ее в себя, чтобы тут же ей заболеть, а потом опять тут же получить от мутации новую вакцину - не понятно и я поостерегусь, сколько там уколов? уже 4?. и если я здорова, зачем меня запирать, это имело смысл в самом начале, теперь-то уж чего? Сейчас впору запирать вакцинированных, потому что они болеют легче, а часто и на ногах - так говорят, невакцинированные больные лежат дома или в больницах. Так что лично я погожу вакцинироваться тем более от искусственно созданного вируса, о чем уже только открыто не говорят, а западные ученые ученые-медики вопят. Смотри ковидные ролики Кургиняна на ютубе, он там все разжевал. Вообще все было странно с самого начала - разгон в интернете Уханьских событий, потом эти теплоходы, где болячку просто размножили, а потом выпустили в разные страны людей из них просто в самолеты и в России они поразъехались свободно по всей стране, когда из Уханя выехавших держали в строгом карантине, вывозя в военных самолетах.
Дальше - идет раскол общества, не удалось всяким навальным, так воспользовались болячкой и теперь раскалывают и удачно под нее общество, если ты укололся или нет ты уже поневоле стоишь по ту или другую сторону баррикад. Вся ситуация зашла в тупик. Лично я слушаю Кургиняна - почему? Да потому что ситуация повторяется как тогда история со Стрелковым и Мариуполем, когда на Кургиняна всех собак спустили, а он был прав. Потому что он не рвется к власти и болеет за страну, не получая ни копейки от непонятных западных спонсоров. Потому что идет война - да, она изменила свое лицо, в атаку солдаты не идут, она перешла в интернетвойну в войну сми и продажных политиков. Мы - страна на заклание, мы спасали мир от жутких кризисов в революцию и перестройку, теряя все наработанное и земли народов, прятавшихся за нашими спинами от истребления и мстящими за это, восприняв спасение за национальное унижение. Сейчас, пав уже окончательно мы опять спасем мир, все сразу затихнет в одночасье и войны и ковид, мир будет четко поделен и нас в нем останутся отдельные растерзанные экономически маленькие царства в руках мистеров-твистеров. Каждый из нас должен просто понять, что спасение утопающих -дело рук самих утопающих, что на переправе коней не меняют, и что да - мы все солдаты невидимого фронта от школьников до глубоких стариков.

Вот и запад подоспел - ковидные откровения часть 2...

https://mises.in.ua/article/your-booster-life-how-big-pharma-adopted-the-subscription-model-of-profitability/?fbclid=IwAR34s5fWwOwKWzPb8Jo1YyNtvMX0M8OoYK7yKcLs7SKfu3v_Br2DR1NUNJc - А как насчет иммунитета к близкому родственнику COVID, смертельно опасному коронавирусу SARS, смертность (CFR) от которого во время вспышки 2003 года составила 11%? Из исследования 2007 года: “Антитела, специфичные для SARS, сохранялись в среднем в течение 2 лет… Пациенты с SARS могут быть восприимчивы к повторной инфекции через 3 года после первоначального заражения”. (Имейте в виду, что, как и в случае со всеми другими заболеваниями, повторное заражение не означает, что вы обязательно заболеете атипичной пневмонией; угасающий иммунитет после естественной инфекции, как правило, обеспечивает хотя бы частичную защиту от тяжелых последствий в течение значительного времени после того, как вы уже можете повторно заразиться и передать инфекцию другим — подробнее об этом позже).

А как насчет MERS, самого смертоносного на сегодняшний день коронавируса, который перекочевал от верблюдов в 2012 году и имел уровень смертности около 35%? Он вызвал самый широкий иммунный ответ (из-за своей тяжести), а также, похоже, вызвал самый длительный иммунитет (> 6 лет).

Таким образом, притворяться, что существует хоть какой-то шанс, что мы получим стадный иммунитет к ковиду, в лучшем случае нечестно. Для большинства людей иммунитет всегда быстро ослабевает, точно так же, как это происходит после большинства других респираторных вирусных инфекций. К февралю 2020 года эпидемиологические данные ясно показали, что для большинства людей ковид был легким коронавирусом (даже близко не похожим на SARS или MERS), поэтому можно было с большой уверенностью сказать, что в случае ковида даже иммунитет от естественной инфекции угаснет в течение месяцев, а не лет. Также можно с уверенностью сказать, что вакцинация, в лучшем случае, обеспечит лишь частичную защиту и что эта защита будет временной, продолжительностью порядка нескольких месяцев.

Если вы позволите мне на мгновение вспомнить о моих фермерских корнях, я хотел бы пояснить, как можно примененить то, что уже было известно о вакцинах против коронавирусов животных. Телятам часто делают прививку от коронавирусной диареи крупного рогатого скота вскоре после рождения, если они родились в сезон весенней грязи и слякоти, но не в том случае, если они родились в середине лета на сочных пастбищах, где риск заражения ниже. Аналогичным образом, вакцины против коронавируса крупного рогатого скота используются для защиты скота до того, как он столкнется со стрессовыми условиями во время транспортировки, на откормочной площадке или в зимних кормовых загонах. Таким образом, вакцины против коронавируса животных используются как инструменты для временного повышения иммунитета, в очень специфических условиях и только для очень специфических уязвимых категорий животных. После всего, что я изложил до сих пор в этом тексте, целевое использование вакцин против коронавируса крупного рогатого скота не должно никого удивлять. Притворяться, что наши человеческие вакцины против коронавируса будут другими — глупость.

Единственная рациональная причина, по которой ВОЗ и чиновники здравоохранения скрывали всю эту контекстуальную информацию от общественности, когда они вводили локдауны и пропагандировали вакцины в качестве стратегии выхода, заключалась в том, чтобы нагнать на общественность иррациональный страх, чтобы иметь возможность жульнически обосновать необходимость массовой вакцинации, в то время как они должны были, в лучшем случае, сосредоточиться на целенаправленной вакцинации только самых уязвимых. Этот обман был очень важен для введения бесконечных массовых повторных прививок по мере неизбежного ослабления иммунитета и замены старых вариантов вируса новыми.

Теперь, когда все неизбежные ограничения и проблемы с этими вакцинами становятся очевидными (т.е. угасание иммунитета, вызванного вакциной, вакцины оказываются лишь частично эффективными, появляются новые варианты, а привитое население явно заражается и распространяет вирус — так называемый феномен негерметичной вакцины), удивление, которое демонстрируют по этому поводу наши органы здравоохранения, выглядит полным лицемерием. Как я уже показал вам, всего этого следовало ожидать на 100%. Они намеренно использовали страх и ложные ожидания, чтобы развязать мошенническую махинацию глобального масштаба. Иммунитет по требованию, навсегда.

Производство опасных вариантов: Мутации вирусов в условиях локдаунов — уроки испанского гриппа 1918 года
В этот момент вы можете задаться вопросом: если не существует стойкого иммунитета в результате инфекции или вакцинации, то может быть чиновники от здравоохранения все-таки правы, делая прививки, чтобы защитить нас от тяжелых последствий болезней, даже если их методы являются неэтичными? Нужны ли нам пожизненные прививки, чтобы обезопасить себя от зверя, к которому мы не можем выработать стойкий долговременный иммунитет?

Короткий ответ — нет.

Вопреки тому, что вы можете подумать, быстрая эволюция РНК респираторных вирусов на самом деле имеет несколько важных последствий, и эти последствия защищают нас и без широкого пожизненного иммунитета. Одно из последствий — естественная эволюция вируса в сторону менее опасных вариантов. Другое — перекрестный иммунитет, который возникает при частом повторном контакте с близкородственными “кузенами”. Я собираюсь разобрать обе эти темы, чтобы показать вам замечательную систему, созданную природой для обеспечения нашей безопасности… и показать, как политика, навязываемая нам нашими органами здравоохранения, сознательно вмешивается в эту систему. Они создают опасную ситуацию, которая увеличивает наш риск для других респираторных вирусов (не только для ковид) и может даже подтолкнуть вирус ковид к эволюции, которая сделает его более опасным как для непривитых, так и для привитых. Появляется все больше признаков того, что этот кошмарный сценарий уже начался.

Начнем с эволюционного давления, которое обычно заставляет вирусы со временем становиться менее опасными. Распространение вируса зависит от его носителя. Живой хозяин более полезен, чем лежачий или мертвый, потому что живой хозяин может распространять вирус дальше и всегда будет под рукой, чтобы поймать будущие мутации. Вирусы рискуют попасть в эволюционный тупик, если они убивают или обездвиживают своих хозяев. Чума приходила, убивала, а затем вымирала от голода, потому что все выжившие носители приобретали стадный иммунитет. Простуды же приходят и уходят каждый год, потому что их носители живы, легко распространяют вирусы и никогда не приобретают длительного иммунитета, так что прошлогодние носители могут служить носителями и в следующем году. Другими словами, в нормальных условиях мутации, которые более заразны, но менее смертоносны, имеют преимущество в выживании перед менее заразными и более смертоносными вариантами.

С точки зрения вируса, эволюционная золотая середина достигается тогда, когда он может легко заразить как можно больше хозяев, не снижая их мобильности и не вызывая длительного иммунитета у большинства из них. Это наилучший вариант, который создает устойчивый цикл повторного заражения, причем навсегда. Вирусам с медленным генетическим дрейфом и высокоспециализированными репродуктивными стратегиями, таким как полиомиелит или корь, могут потребоваться столетия или даже больше, чтобы стать менее смертоносными и более заразными; некоторые из них могут никогда не достичь относительно безвредного статуса вируса простуды или легкого гриппа (под безвредным я подразумеваю безвредный для большинства населения, но чрезвычайно опасный для людей со слабой или ослабленной иммунной системой). Но для вирусов с быстрым генетическим дрейфом, таких как респираторные вирусы, даже несколько месяцев могут кардинально изменить ситуацию. Быстрый генетический дрейф — одна из причин, почему испанский грипп перестал быть чудовищным заболеванием, а полиомиелит и корь — нет. И каждый, кто изучал вирусологию или иммунологию, понимает это.

Мы говорим об эволюционном давлении так, как будто оно заставляет организм адаптироваться. На самом деле, такая простая вещь, как вирус, абсолютно слепа к окружающей среде — все, что делает вирус — это простое воспроизводство генетических копий самого себя. “Эволюционное давление” — это, на самом деле, такой замысловатый способ сказать, что условия окружающей среды определяют, какая из этих миллионов копий просуществует достаточно долго, чтобы произвести еще больше своих копий.

Человек адаптируется к окружающей среде, изменяя свое поведение (это один из видов адаптации). Но поведение вирусной частицы никогда не меняется. Вирус “адаптируется” со временем, потому что некоторые генетические копии с одним набором мутаций выживают и распространяются быстрее, чем другие копии с другим набором мутаций. Адаптация вирусов должна рассматриваться исключительно через призму изменений от одного поколения вируса к другому с точки зрения конкурентных преимуществ одних мутаций перед другими. И эти конкурентные преимущества будут варьироваться в зависимости от того, с какими условиями окружающей среды сталкивается вирус.

Таким образом, нагнетание страха по поводу того, что вариант Delta еще более заразен, не учитывает тот факт, что именно этого и следовало ожидать, когда респираторный вирус адаптируется к новому виду хозяина. Мы ожидаем, что новые варианты будут более заразными, но менее смертоносными, поскольку вирус становится таким же, как и другие 200 с лишним респираторных вирусов, вызывающих обычные простуды и грипп.

Именно поэтому таким зловещим является решение изолировать здоровое население. Локдауны, закрытие границ и правила социального дистанцирования уменьшают распространение среди здорового населения, создавая ситуацию, когда мутаций, возникающих среди здоровых, станет меньше, чем мутаций, циркулирующих среди лежачих больных. Мутации, циркулирующие среди здоровых, по определению будут наименее опасными мутациями, поскольку они не сделали своих носителей настолько больными, чтобы приковать их к постели. Именно такие варианты и нужно распространять, чтобы заглушить конкуренцию со стороны более опасных мутаций.

Носитель, застрявший в постели с лихорадкой и не ужинающий с друзьями, ограничен в своей способности заражать других по сравнению с носителем, зараженным разновидностью, которая вызывает у него только насморк. Не все лежачие носители заразились более опасной мутацией, но все опасные мутации будут найдены среди лежачих. Таким образом, со временем опасные мутации смогут конкурировать с менее опасными только в том случае, если способность людей перемещаться и взаимодействовать с другими будет ограничена.

Пока большинство инфекций приходится на здоровых людей, более опасные варианты, циркулирующие среди некоторых лежачих больных, окажутся в меньшинстве и станут эволюционным тупиком. Но когда чиновники здравоохранения намеренно ограничивают распространение инфекции среди молодых, сильных и здоровых членов общества, вводя локдауны, они создают набор эволюционных условий, которые рискуют переместить конкурентное эволюционное преимущество от наименее опасных вариантов к более опасным. Заперев всех нас, они рискуют сделать вирус более опасным с течением времени. Эволюция не сидит и не ждет, пока вы разработаете вакцину.

Позвольте мне привести исторический пример, чтобы продемонстрировать, что быстрая эволюция вируса в сторону более или менее опасных вариантов — это не просто теория. Небольшие изменения в окружающей среде могут привести к очень быстрым изменениям в эволюции вируса. Первая волна испанского гриппа 1918 года не была особенно смертоносной, уровень смертности был схож с обычным сезонным гриппом. Однако вторая волна была не только гораздо более смертоносной, но и, что довольно необычно, особенно смертоносной для молодых людей, а не только для старых и слабых. Почему вторая волна оказалась смертоносной? И что заставило вирус так быстро эволюционировать, чтобы стать одновременно более смертоносным и лучше приспособленным для охоты на молодых людей? На первый взгляд, это противоречит всей эволюционной логике.

Ответ демонстрирует, насколько чувствителен вирус к небольшим изменениям в эволюционном давлении. Испанский грипп во время Первой мировой войны распространялся в условиях, напоминающих локдаун. Во время первой волны вирус нашел огромное количество солдат, запертых в холодных сырых условиях окопов, и почти бесконечное количество прикованных к постели носителей в переполненных полевых госпиталях. К весне 1918 года было инфицировано до трех четвертей всех французских и половина британских войск. Эти условия создали два уникальных эволюционных давления. С одной стороны, это позволило появиться вариантам, которые оказались хорошо приспособлеными к молодым людям. С другой стороны, в отличие от обычных времен, тесные условия окопной войны и полевых госпиталей позволили опасным вариантам, обездвиживающим своих хозяев, свободно распространяться, не испытывая особой конкуренции со стороны менее опасных вариантов, распространяющихся через мобильных хозяев. Окопы и полевые госпитали стали инкубаторами вирусов, способствующими эволюции вариантов.

Обычно молодые люди подвергаются воздействию менее опасных мутаций, потому что здоровые люди общаются между собой, а лежачие остаются дома. Но военные условия изоляции создали условия, которые свели на нет конкурентные преимущества менее опасных мутаций, не обездвиживающих своих хозяев, что привело к появлению более опасных мутаций.

После окончания войны условия, имитирующие локдауны, исчезли, и потому конкурентное преимущество вновь перешло к менее опасным мутациям, которые могли свободно распространяться среди мобильных здоровых членов популяции. Смертоносность второй волны испанского гриппа 1918 года неразрывно связана с Первой мировой войной, а окончание войны — с тем, что вирус превратился в обычный фон в обычном сезоне простуд и гриппа.

Вот и запад подоспел - ковидные откровения - часть первая - Джулиус Ричел, из фб удаляют...

Ваша бустерная жизнь: как бигфарма внедряет абонентскую модель рентабельности
2021-11-03 18:11 label Джулиус Ричел
https://mises.in.ua/article/your-booster-life-how-big-pharma-adopted-the-subscription-model-of-profitability/?fbclid=IwAR34s5fWwOwKWzPb8Jo1YyNtvMX0M8OoYK7yKcLs7SKfu3v_Br2DR1NUNJc

Если опытный водопроводчик скажет вам, что вода течет вверх, вы сразу поймете, что он лжет и что эта ложь не случайна. Он лжет с определенной целью. Если вы сможете показать, что водопроводчик заранее знает, что продукт, который он продвигает с помощью этой лжи, является “фуфломицином”, у вас будет доказательство преднамеренного мошенничества. И как только вы поймете, из чего на самом деле состоит “фуфломицин”, вы начнете понимать цель всей этой аферы.

Одно из наиболее распространенных объяснений необходимости массовой вакцинации против COVIDа сводится к тому, что если мы добьемся стадного иммунитета с помощью вакцинации, мы сможем уничтожить вирус и вернуться к нормальной жизни. Это стратегия COVID-Zero или одна из ее разновидностей.

На сегодняшний день из эпидемиологических данных совершенно ясно, что вакцинированные могут заражаться и распространять болезнь. Очевидно, что вакцинация не приведет к исчезновению этого вируса. Только человек, потерявший связь с реальностью, может не видеть, насколько все это смешно.

Но самое интересное в том, что все это было понятно с самого начала. Экскурс в предковидную науку показывает, что с самого первого дня, задолго до того, как мы с вами услышали об этом вирусе, можно было со 100% вероятностью сказать, что эти вакцины не уничтожат коронавирус и не создадут прочного стадного иммунитета. Хуже того, локдауны и массовая вакцинация создали опасное стечение обстоятельств, которое мешает нашей иммунной системе защищать нас от других респираторных вирусов. “Защитные” меры также могут подтолкнуть эволюцию этого вируса к мутациям, более опасным как для вакцинированных, так и для невакцинированных. Запреты, массовые вакцинации и массовые бустеры не достигли ни одной из целей, о которых заявляли власти.

Мне скажут, что вакцинация успешно используется для борьбы с корью и она помогла искоренить оспу. Так почему же не COVID? Иммунитет есть иммунитет, а вирус есть вирус, верно? Неверно! Реальность гораздо сложнее… и интереснее.

Небольшое исследование, которое мы сейчас проделаем, покажет, почему с самого первого дня стратегия COVID-Zero являлась преднамеренно нечестной игрой, которая использовала банальное непонимание людьми механизмов работы нашей иммунной системы и того, чем большинство респираторных вирусов отличаются от других вирусов, против которых мы регулярно делаем прививки. Нам продали фантазию, призванную вовлечь нас в фармацевтическую зависимость в обмен за доступ к нашим жизням.

Для того, чтобы доказать существование этой нечестной игры не нужны дискредитирующие электронные письма или показания разоблачителей. Все станет на свои места, когда мы обратимся к давно известным научным данным, к которым имели доступ все вирусологи, иммунологи, эволюционные биологи, разработчики вакцин и чиновники общественного здравоохранения задолго до появления COVID. Как это часто бывает, дьявол скрыт в деталях. По мере того, как эта история будет разворачиваться, станет ясно, что локдауны и обещание вакцин в качестве стратегии выхода были циничными маркетинговыми уловками, чтобы принудить нас к режиму постоянных ежегодных прививок, намеренно разработанному для замены естественных “обновлений антивирусной безопасности” против респираторных вирусов, источниками которых являются объятия, рукопожатия и другие виды общения людей. Нас разыгрывают как дураков.

Это не значит, что в этой истории нет других оппортунистов, которые воспользовались кризисом, чтобы преследовать свои цели и создать полномасштабное полицейское государство. Одно быстро превращается в другое. В этом эссе показано, что первоначальным мотивом для этой глобальной социально-инженерной игры были бесконечные бустеры. Ее целью было создание адаптированной для фармацевтической промышленности бизнес-модели, основанной на подписке. “Иммунитет как услуга”.

Итак, давайте погрузимся в увлекательный мир иммунных систем, вирусов и вакцин, чтобы развеять мифы и ложные ожидания, созданные недобросовестными чиновниками здравоохранения, лоббистами фармкомпаний и манипуляторами СМИ. По мере вскрытия лжи, мы обнаружим удивительные вещи, которые вызывают вполне обоснованную тревогу.

“Как только вы исключите невозможное, все, что останется, независимо от степени невероятности, должно быть правдой”. — Шерлок Холмс — сэр Артур Конан Дойл

Вирусные резервуары: Фантазия об искоренении
Искоренение вируса-убийцы выглядит благородной целью. В некоторых случаях эта цель вполне достижима, как, например, в случае с вирусом оспы. К 1980 году мы перестали делать прививки от оспы, потому что благодаря широкой иммунизации мы так долго лишали вирус доступных носителей, что он вымер. Никому больше не придется рисковать своей жизнью из-за побочных эффектов вакцинации от оспы, потому что вируса больше нет. Это история успеха общественного здравоохранения. Полиомиелит, надеюсь, будет следующим — мы уже близки к этому.

Но оспа — только один из двух вирусов (наряду с чумой крупного рогатого скота), которые были искоренены благодаря вакцинации. Очень немногие болезни отвечают необходимым для этого критериям. Искоренение — дело трудное и оно возможно только для очень специфических семейств вирусов.

Большинство респираторных вирусов, включая SARS-CoV-2 (он же COVID), перешли к нам от животных: свиней, птиц, летучих мышей и т.д. Пока существуют летучие мыши в пещерах, птицы в прудах, свиньи в грязных лужах и олени в лесах, респираторные вирусы можно контролировать только с помощью индивидуального иммунитета, но искоренить их невозможно. Всегда где-то будет почти идентичный двоюродный брат.

Даже нынешний вариант COVID уже бодро скачет вперед через видовые границы. По данным National Geographic и журнала Nature, в ходе исследования, проведенного в Мичигане, Иллинойсе, Нью-Йорке и Пенсильвании, у 40% диких оленей были обнаружены антитела к COVID. Вирус также был зафиксирован у диких норок и уже перешел на других животных, включая собак, кошек, выдр, леопардов, тигров и горилл. Многие вирусы непривередливы. Они с радостью приспосабливаются к новым возможностям. Специализированные вирусы, такие как оспа, в конце концов вымирают. Вирусы “общего назначения”, каковыми является большинство респираторных вирусов, никогда не исчерпают запас носителей.

Пока мы делим эту планету с другими животными, крайне опасно предполагать, что у нас есть возможность проводить политику выжженной земли, которая вернет джинна в бутылку. Масштаб нынешней глобальной вспышки сразу дает понять, что нам всегда придется жить с этим вирусом. Существует более 200 других эндемичных респираторных вирусов, вызывающих простуду и грипп, многие из которых свободно циркулируют между людьми и другими животными. Теперь их более 201. Они будут с нами всегда, хотим мы этого или нет.

SARS (атипичная пневмония): Исключение из правил?
Мне скажут, что все это звучит хорошо, но первоначальный вирус атипичной пневмонии действительно исчез и это результат мер общественного здравоохранения, таких как отслеживание контактов и строгие карантинные меры. Однако атипичная пневмония была исключением из правил. Когда вирус перешел к человеку, он был настолько плохо адаптирован к новым хозяевам, что его распространение было крайне затруднено. Этот очень низкий уровень адаптации придал атипичной пневмонии довольно уникальное сочетание свойств:

Атипичной пневмонией было чрезвычайно трудно заразиться (она никогда не была очень заразной).
Атипичная пневмония делала людей чрезвычайно больными.
Атипичная пневмония не имела досимптоматического распространения.
Эти три условия сделали вспышку атипичной пневмонии легко контролируемой посредством отслеживания контактов и карантина симптоматических людей. Поэтому атипичная пневмония так и не достигла стадии широкого распространения.

К январю/февралю 2020 года из опыта Китая, Италии и опыта вспышки на круизном лайнере Diamond Princess (подробнее об этом позже) стало ясно, что уникальное сочетание условий, сделавшее атипичную пневмонию контролируемой, не будет иметь места в случае с COVID. COVID был весьма заразен (его быстрое распространение показало, что COVID уже был хорошо приспособлен к легкому распространению среди своих новых хозяев-людей), у большинства людей симптомы COVID были слабыми или вообще отсутствовали (что делало сдерживание невозможным), и он распространялся аэрозолями, выделяемыми как симптоматическими, так и предсимптоматическими людьми (что превращало отслеживание контактов в плохую шутку).

Другими словами, к январю/февралю 2020 года было ясно, что эта пандемия будет развиваться по обычным правилам быстро распространяющейся респираторной эпидемии, которую невозможно обуздать, так как это было сделано с SARS. Таким образом, создание у общественности впечатления в январе/феврале 2020 года что опыт атипичной пневмонии может быть повторен для COVID, было заведомой ложью — этот джинн никогда не вернется в бутылку.

Быстрые мутации: Фантазия о контроле с помощью стадного иммунитета
Стадный иммунитет не может поддерживаться очень долго когда в популяции начинает широко циркулировать достаточно заразный респираторный вирус. РНК респираторные вирусы (такие как вирусы гриппа, респираторно-синцитиальный вирус (РСВ), риновирусы и коронавирусы) мутируют чрезвычайно быстро по сравнению с такими вирусами, как оспа, корь или полиомиелит. Понимание разницы между таким вирусом, как корь, и таким вирусом, как COVID, является ключом к пониманию аферы, которую проворачивают наши учреждения здравоохранения. Потерпите немного, я обещаю не вдаваться в технические подробности.

Все вирусы выживают и распространяются, создавая копии самих себя. И всегда существует множество “несовершенных копий” — мутаций, которые возникают в процессе копирования. Среди РНК-респираторных вирусов эти мутации накапливаются так быстро, что происходит быстрый генетический дрейф, в результате которого постоянно возникают новые варианты. Новые варианты — это нормально и ожидаемо. Новые варианты вируса делают практически невозможным создание непроницаемой стены длительного стадного иммунитета, необходимого для уничтожения этих респираторных вирусов. Это одна из нескольких причин, почему вакцины против гриппа не обеспечивают длительного иммунитета и должны повторяться ежегодно — наша иммунная система постоянно нуждается в обновлении, чтобы идти в ногу с неизбежной эволюцией бесчисленных безымянных “вариантов”.

Этот бесконечный конвейер мутаций означает, что иммунитет каждого человека к COVID всегда будет временным и что он обеспечивает лишь частичную перекрестную реакцию против будущих повторных инфекций. Таким образом, с первого дня вакцинация против COVID всегда была обречена на ту же судьбу, что и вакцина против гриппа — пожизненный режим ежегодных повторных прививок, чтобы не отставать от “вариантов”. Кроме того, тем, кто не желает подвергать себя риску естественной инфекции нужно надеяться на то, что к тому времени, когда вакцины (и их бустеры) сойдут с производственной линии, они не окажутся устаревшими.

Генетический дрейф, вызванный мутациями, происходит гораздо медленнее у таких вирусов, как корь, полиомиелит или оспа, и именно поэтому стадный иммунитет может использоваться для борьбы с этими вирусами (или даже для их искоренения, как в случае с оспой или полиомиелитом). Причина, по которой обычные респираторные вирусы имеют такой быстрый генетический дрейф по сравнению с другими вирусами, связана не столько с количеством ошибок, возникающих в процессе копирования, сколько с тем, сколько из этих “несовершенных” копий способны выжить и произвести еще больше копий.

Простой вирус с несложной стратегией атаки для захвата клеток хозяина может переносить гораздо больше мутаций, чем сложный вирус со сложной стратегией атаки. Сложность и специализация накладывают ограничения на то, сколько несовершенных копий имеют шанс стать успешными мутациями. Простые машины не так легко ломаются, если в их механических частях есть изъяны. Сложные высокотехнологичные машины просто не будут работать, если в их деталях есть даже незначительные дефекты.

Прежде чем вирус сможет использовать механизми синтеза белков клетки-хозяина и начать создавать свои копии, ему необходимо пройти клеточную мембрану, чтобы проникнуть внутрь. Клеточные мембраны состоят из липидов и утыканы белками; вирусам необходимо найти способ создать проход через эту белковую стенку. Вирус гриппа, чтобы попасть внутрь, использует очень простую стратегию — он цепляется за один из углеводных остатков (сиаловую кислоту) на внешней стороне клеточной мембраны, чтобы прокатиться на нем (клетки используют эти молекулы для транспорта веществ вовнутрь и наружу). Это настолько простая стратегия, что она позволяет вирусу гриппа постоянно мутировать, не теряя способности проникать в клетку. Простота гриппа делает его очень адаптируемым и позволяет процветать многим различным типам мутаций, пока все они используют одну и ту же стратегию проникновения в клетки хозяина.

Напротив, такой вирус, как вирус кори, использует высокоспециализированную и очень сложную стратегию для проникновения в клетку хозяина. Он полагается на определенные поверхностные белки, чтобы открыть проход в клетку хозяина. Это очень жесткая и сложная система, которая не оставляет места для ошибок в процессе копирования. Даже незначительные мутации в вирусе кори приведут к изменению его поверхностных белков, в результате чего он не сможет получить доступ к клетке-хозяину для создания новых копий. Таким образом, даже если мутаций много, они почти все являются эволюционными тупиками, что предотвращает генетический дрейф. Это одна из нескольких причин, почему и естественная инфекция, и вакцинация против кори создают пожизненный иммунитет — иммунитет сохраняется, потому что новые вариации не сильно меняются со временем.

Большинство РНК-респираторных вирусов имеют высокую скорость генетического дрейфа, поскольку все они полагаются на относительно простые стратегии атаки для проникновения в клетки хозяина. Это позволяет мутациям быстро накапливаться, не становясь эволюционным тупиком, поскольку они избегают эволюционной ловушки сложности.

Коронавирусы используют иную стратегию, чем грипп, для получения доступа к клеткам хозяина. У них есть белки на поверхности вируса (печально известный белок S (spike), тот самый, который имитируется после введении вакцины), которые цепляются за рецептор на поверхности клетки (рецептор ACE2) — своего рода ключ, отпирающий дверь. Эта стратегия атаки немного сложнее, чем система, используемая гриппом, и, возможно, поэтому генетический дрейф у коронавирусов происходит немного медленнее, чем у гриппа, но все же это гораздо более простая и гораздо менее специализированная система, чем та, которую использует корь. Поэтому коронавирусы, как и другие респираторные вирусы, постоянно производят бесконечный конвейер “вариантов”, что делает невозможным длительный стадный иммунитет. Варианты — это нормально. Тревога, которую бьют наши органы здравоохранения по поводу “вариантов”, и притворное сострадание фармацевтических компаний, спешащих разработать свежие бустеры, способные бороться с вариантами, — это фарс, такой же, как преувеличенное удивление по поводу восхода солнца на востоке.

Получив иммунитет к оспе, кори или полиомиелиту, вы получали полную защиту на несколько десятилетий и были защищены от тяжелого течения болезни или смерти до конца жизни. Но быстро мутирующие респираторные вирусы, включая коронавирусы, уже через несколько месяцев становятся настолько другими, что приобретенный ранее иммунитет обеспечивает лишь частичную защиту от следующего заражения. Быстрая скорость мутации гарантирует, что вы никогда не подхватите точно такую же простуду или грипп дважды, только их постоянно эволюционирующих родственников. То, что не дает вам почувствовать всю тяжесть каждой новой инфекции, — это перекрестный иммунитет, который является еще одной частью истории о том, как вас обманывают, и к которой я скоро вернусь.

Слепая вера в централизованное планирование: Фантазия о своевременных дозах
Но давайте на минуту представим, что можно разработать чудодейственную вакцину, которая уже сегодня даст нам всем 100% рабочий иммунитет полностью уничтожающий вирус и препятствующий дальнейшему распространению инфекции (стерилизующий иммунитет). Время, необходимое для производства и доставки 8 миллиардов доз (а затем для записи на вакцинацию 8 миллиардов человек), гарантирует, что к тому времени, когда последний человек получит свою последнюю дозу, бесконечный конвейер мутаций уже сделает вакцину частично неэффективной. Настоящий стерилизующий иммунитет просто никогда не возникнет в случае с коронавирусами. Логистика распространения вакцин среди 8 миллиардов человек означает, что никто из наших создателей вакцин или органов здравоохранения просто не мог искренне верить в то, что вакцины создадут устойчивый стадный иммунитет против ковид.

Поэтому, по множеству причин, идея о том, что если достаточное количество людей примет вакцину, то это создаст стойкий стадный иммунитет, была преднамеренной ложью. С первого дня было на 100% ясно, что к моменту введения последней дозы вакцины быстрая эволюция вируса приведет к тому, что пора уже будет задуматься о повторных прививках. Точно так, как это происходит в случае прививки от гриппа. И совершенно не так, как в случае вакцины против кори. Вакцины против респираторных вирусов никогда не смогут обеспечить ничего большего, чем временное “обновление” перекрестного иммунитета — они всего лишь синтетическая замена вашего регулярного естественного контакта с множеством вирусов простуды и гриппа. Иммунитет как услуга, навязанная обществу обманом.

Spiked: фантазия о предотвращении инфекции
Нынешняя серия вакцин COVID никогда не разработывалась для обеспечения стерилизующего иммунитета — они работают не так. Это просто инструмент, призванный научить иммунную систему атаковать S-белок (белок шипа), тем самым подготавливая к неизбежной будущей встрече с настоящим вирусом и создавая предпосылки для менее тяжелого протекания болезни. Они никогда не были способны ни предотвратить инфекцию, ни предотвратить ее распространение. Они были разработаны лишь для того, чтобы снизить вероятность госпитализации или смерти в случае заражения. Как сказал бывший комиссар FDA Скотт Готтлиб, который входит в совет директоров компании Pfizer: “Изначально предполагалось, что эти вакцины существенно снизят риск смерти, тяжелого течения болезни и госпитализации. И это были данные, которые были получены в ходе первоначальных клинических испытаний”. Каждый студент первого курса медицинского факультета знает, что невозможно получить стадный иммунитет от вакцины, которая не останавливает инфекцию.

Другими словами, по своей конструкции эти вакцины не могут ни предохранить вас от заражения инфекцией, ни предотвратить передачу инфекции от вас кому-то другому. Они никогда не были способны создать стадный иммунитет. Они были разработаны для защиты отдельных людей от тяжелых последствий, — инструмент для обеспечения временной целенаправленной защиты уязвимых слоев населения, как и вакцина против гриппа. Настаивать на массовой вакцинации было мошенничеством с самого первого дня. И идея использования паспортов вакцинации для отделения вакцинированных от невакцинированных также была аферой с самого первого дня. Единственное влияние, которое эти паспорта оказывают на ход пандемии состоит в том, что они являются инструментом принуждения, чтобы заставить вас закатать рукав. Больше ничего.

Антитела, В-клетки и Т-клетки: Почему иммунитет к респираторным вирусам так быстро ослабевает
Существует множество взаимосвязанных факторов, приводящих к тому, почему иммунитет к COVID или любому другому респираторному вирусу может быть только временным. Так происходит не только потому, что вирус постоянно мутирует, но и потому, что сам иммунитет со временем ослабевает, точно так, как наш мозг начинает забывать, как решать сложные математические задачи, если его не тренировать. Это справедливо как для иммунитета, приобретенного в результате естественной инфекции, так и для иммунитета, приобретенного в результате вакцинации.

Наши иммунные системы обладают своего рода иммунологической памятью — ваша иммунная система помнит, как начать атаку против определенного вида угрозы. Со временем эта память ослабевает. После некоторых вакцин, таких, как вакцины от дифтерии и от столбняка, эта иммунологическая память исчезает очень медленно. Вакцина против кори вообще защищает на всю жизнь. Но для других, таких как вакцина против гриппа, эта иммунологическая память исчезает очень быстро.

В среднем, после прививки эффективность вакцины против гриппа составляет всего около 40%. И она начинает угасать почти сразу после вакцинации. Примерно через 150 дней (5 месяцев) она достигает нуля.



Разгадка этого странного явления кроется в различных типах ответов иммунной системы, которые вызываются вакциной (или воздействием настоящего вируса в результате естественной инфекции). Это очень важно в случае вакцин против коронавируса, но об этом я расскажу чуть позже, а сначала — немного справочной информации…

Хорошей аналогией является представление о нашей иммунной системе как о средневековой армии. Первый уровень защиты начинается с универсалов — парней, вооруженных дубинками, которые могут лупить по всему подряд — они хороши для сдерживания грабителей и разбойников и для ведения небольших стычек. Но если нападение более масштабно, то эти универсалы быстро подавляются и их роль сводится к тому, чтобы дать возможность подготовить атаку более специализированных войск, идущих позади них — копейщиков, мечников, лучников, кавалерии, операторов катапульт, инженеров осадных башен и так далее. Каждый дополнительный слой обороны имеет более дорогое оборудование и требует большего времени на обучение (английскому лучнику требовались годы, чтобы набрать необходимые навыки и силу). Чем более специализированными являются войска, тем больше вы будете стремиться удержать их от участия в бою, если это не является абсолютно необходимым, потому что их дорого обучать, дорого развертывать, и они создают больше беспорядка во время боя, который потом нужно убирать. Всегда держите порох сухим. Сначала отправляйте в бой пушечное мясо, а затем постепенно наращивайте усилия.

Наша иммунная система опирается на подобную многоуровневую систему защиты. Помимо различных неспецифических слоев быстрого реагирования, которые уничтожают разбойников, таких как естественные клетки-киллеры, макрофаги, тучные клетки и т.д., у нас также есть множество адаптивных (специализированных) слоев антител (т.е. иммуноглобулинов IgA, IgG, IgM) и различных типов высокоспециализированных белых кровяных клеток, таких как В-клетки и Т-клетки. Некоторые антитела выделяются обычными В-клетками. Другие выделяются лимфоцитарными плазматическими клетками. Существуют также В-клетки с памятью, которые способны запоминать предыдущие угрозы и создавать новые антитела спустя долгое время после того, как первоначальные антитела исчезают. Существуют также различные типы Т-клеток (опять же с различной степенью иммунологической памяти), такие как естественные Т-клетки-киллеры и Т-клетки-хелперы, которые играют различную роль в обнаружении и нейтрализации захватчиков. Короче говоря, чем сильнее угроза, тем больше войск выходит на бой.

Это, конечно, грубое упрощение нашей иммунной системы, которая состоит из множества взаимосвязанных элементов, но суть в том, что для борьбы с легкой инфекцией задействуется мало слоев обороны, в то время как тяжелая инфекция приводит к тому, что задействуются более глубокие слои, которые медленнее реагируют, но гораздо более специализированы в своих возможностях. И если эти более глубокие адаптивные слои вовлекаются в процесс, они способны сохранять память об угрозе, чтобы иметь возможность провести более быструю атаку, если повторная угроза возникнет в будущем. Вот почему человек, заразившийся опасным испанским гриппом в 1918 году, спустя столетие все еще может иметь измеримый Т-клеточный иммунитет, а легкий приступ зимнего гриппа, которым вы болели пару лет назад, может не пробудить Т-клеточный иммунитет, хотя оба эти заболевания могли быть вызваны разновидностями одного и того же вируса гриппа H1N1.

Как правило, чем шире иммунный ответ, тем дольше сохраняется иммунологическая память. Антитела исчезают за несколько месяцев, в то время как В-клеточный и Т-клеточный иммунитет может сохраняться всю жизнь.

Другое правило заключается в том, что чем больше вирусная нагрузка, тем быстрее преодолеваются уровни быстрого реагирования, что заставляет иммунную систему задействовать более глубокие адаптивные уровни. Вот почему дома престарелых и больницы являются более опасными местами для уязвимых людей, чем барбекю на заднем дворе. Именно поэтому крупный рогатый скот на откормочных площадках более уязвим для вирусных заболеваний, чем скот на пастбищах. Вирусная нагрузка имеет большое значение для того, насколько легко перегружаются слои универсального иммунитета и как много усилий приходится прилагать иммунной системе, чтобы нейтрализовать угрозу.

Место возникновения инфекции в организме также имеет значение. Например, инфекция в верхних дыхательных путях вызывает гораздо меньшее участие вашей адаптивной иммунной системы, чем тогда, когда она достигает легких. Отчасти это связано с тем, что верхние дыхательные пути уже загружены большим количеством иммунологических клеток общего профиля, предназначенных для атаки микробов при их проникновении, поэтому большинство простуд и гриппов никогда не проникают глубже в легкие. Парни с дубинками способны справиться с большинством врагов, которые пытаются прорваться через ворота. Большинство специализированных войск держатся в стороне, пока в них нет необходимости.

Если вы переболеете такой опасной болезнью, как корь, вы получите пожизненный иммунитет, потому для борьбы с инфекцией запускаются глубокие слои обороны, которые сохраняют память о том, как отбиваться от будущих встреч с вирусом. То же самое делает и вакцина против кори. Простуда или легкий грипп обычно не вызывают такого иммунитета.

С точки зрения эволюции, в этом есть большой смысл. Зачем тратить ценные ресурсы на выработку длительного иммунитета (тренировать лучников и строить катапульты), чтобы защититься от вируса, который не подвергает вас смертельной опасности. Гораздо лучшей эволюционной стратегией является развитие более узкого иммунного ответа общего типа на легкие инфекции (например, большинство вирусов простуды и гриппа), который быстро исчезает, как только угроза ликвидирована и инвестирование в глубокий долгосрочный широкий иммунитет к опасным инфекциям, который сохраняется очень долго на случай, если эта угроза снова появится на горизонте. Учитывая огромное количество угроз, с которыми сталкивается наша иммунная система, эта стратегия позволяет избежать ловушки слишком тонкого распределения иммунологической памяти. Ресурсы нашей иммунологической памяти не безграничны — для долгосрочного выживания необходимо определить приоритеты наших иммунологических ресурсов.

Главный урок заключается в том, что вакцины в лучшем случае будут действовать так же долго, как иммунитет, приобретенный в результате естественной инфекции, но чаще всего иммунитет будет угасать гораздо быстрее, поскольку вакцина зачастую способна вызвать лишь частичный иммунный ответ по сравнению с реальной инфекцией. Таким образом, если сама болезнь не вызывает широкого иммунного ответа, приводящего к длительному иммунитету, то и вакцина не сможет его вызвать. И в большинстве случаев иммунитет, приобретенный в результате вакцинации, начинает ослабевать гораздо раньше, чем иммунитет, приобретенный в результате естественной инфекции. Все производители вакцин и чиновники здравоохранения знают об этом, несмотря на странные заявления о том, что вакцины COVID (основанные на воссоздании шипа S-белка вместо использования целого вируса) каким-то образом станут исключением из правил. Это ложь, и они знали об этом с первого дня.

Итак, имея теперь этот небольшой багаж необходимых знаний давайте посмотрим, что наши чиновники от здравоохранения и производители вакцин должны были знать заранее о коронавирусах и коронавирусных вакцинах, когда они говорили нам ранней весной 2020 года, что вакцины COVID — это путь к нормальной жизни.

Из исследования 2003 года: “До появления атипичной пневмонии коронавирусы человека были известны как причина 15-30% простудных заболеваний… Простуда, как правило, является легкой, самоограничивающейся инфекцией, и значительное увеличение титра нейтрализующих антител обнаруживается в носовых выделениях и сыворотке крови после инфекции. Тем не менее, некоторые невезучие люди могут повторно заразиться тем же коронавирусом вскоре после выздоровления и снова получить симптомы”.

Другими словами, коронавирусы, вызывающие простуду (до атипичной пневмонии, MERS и COVID существовало четыре человеческих коронавируса), вызывают настолько слабый иммунный ответ, что не приводят ни к какому длительному иммунитету. Да и зачем нужен этот ответ, если для большинства из нас угроза настолько минимальна, что парни с дубинками вполне способны нейтрализовать атаку.

Мы также знаем, что иммунитет против коронавирусов недолговечен и у других животных. Как хорошо известно любому фермеру, циклическое заражение коронавирусами являются скорее правилом, чем исключением среди скота (например, коронавирусы являются распространенной причиной пневмонии и различных видов диарейных заболеваний, таких как парша, морская лихорадка и зимняя дизентерия у крупного рогатого скота). Поэтому ежегодные графики вакцинации на фермах составляются соответствующим образом.

Отсутствие длительного иммунитета к коронавирусам хорошо задокументировано в ветеринарных исследованиях у крупного рогатого скота, птицы, оленей, азиатских буйволов и т.д. Более того, хотя вакцины против коронавирусов животных были представлены на рынке в течение многих лет, хорошо известно, что “ни одна из них не является полностью эффективной для животных”. Таким образом, как и вакцина против гриппа, снижающийся профиль которой я показал вам ранее, ни одна из вакцин против коронавируса животных не способна обеспечить стерилизующий иммунитет (ни одна из них не способна остановить 100% инфекций, без чего вы никогда не сможете достичь стадного иммунитета), а частичный иммунитет, который они обеспечивают, как известно, довольно быстро увядает.